Старик этот обычно появляется на пестрых и многолюдных праздниках, церковных большей частью, или на светских, куда пускают без пропусков и билетов. Потом, когда люди разойдутся или разъедутся по домам, он исчезает, чтобы вновь возникнуть в новой толпе тревожным мотивом.

Он долго и внимательно рассматривает людей и, наметив маршрут, направляется к небольшим компаниям мужчин, разговаривающих между собой. Он идет, не отрывая глаз от цели, словно опасаясь ее потерять, и поэтому часто оступается, и голова его вздрагивает. Приблизясь, он в упор и молча рассматривает каждого и, рассмотрев, закрывает глаза, а затем поворачивается в сторону другой группы и отправляется туда.

Оставленные мужчины всегда начинают разговор о старике, и почти всегда (если среди них есть хоть один новый слушатель) разговор этот один и тот же:

– Говорят, он в войну потерял единственного сына и много лет ищет его среди людей.

– Не было у него никакого сына. Но теперь пришла старость, и он, забыв это, ищет, где его сын, которого он не растил и не воспитывал.

– Какая разница? Старик ищет, и у него горе.

– Если сын был – горе. Если не было – очень большое горе. Как думаешь?

© Юрий Рост

удивительно знать, что ты кому-то нужен так, просто
что кто-то любит тебя, скажем, по праву рождения
не потому что у тебя, к примеру, есть остров
в собственности или нервы как железное ограждение
не потому что ты как-то особенно хитер и смел
и сумел построить огромный каменный дом
а потому что ты, например, ему пел
в детстве песни… а он их считал хитом
потому что только тебе и удавалось голову вымыть ему без слез
или сказку придумать на, в общем-то, старый мотив
и он любит тебя вот так, бессмысленно, без дурацких надежд и грез
не как мороженое, десерт или аперитив.
удивительно знать, что любовь бывает такой:
беспричинной, бессмысленной, в общем-то, наугад,
и доверяешь ей оголтело, слепо и без дураков
то, что другим так страшно доверить… какой-то взгляд,
какую-то мелочь, какие-то ощущения изнутри,
несколько слов на бумаге, сложенной сорок раз
от волнения или от нежности – тут уж поди его, разбери,
проще не думать…. я открываю газ,
синее пламя конфорки танцует фламенко,
выкрики чьи-то  заменят мне стук кастаньет….
удивительно знать, что кто-то любит тебя... без оценки,
дает тебе шанс ошибаться и верить, а впрочем, если и нет,

то все равно любит.

© Copyright: Марта Яковлева, 2010

Ветер вдруг  пригнал облаков гряду,
Это обязательно к снегопаду.
Постучусь тихонечко и войду,
В дом, где мне, конечно же, будут рады.
Странно,
Неужели хозяин спит,
Точно  спит, а я-то шумлю дуреха.
Разгулялся к вечеру аппетит,
Приготовлю ужин, а что, не плохо.
Классная идея. Достану плед,
И укрою спящего в кресле соню.
Погашу  горящий напрасно свет.
Пошуршу на кухне одна  сегодня.
Муркаю  под нос « Двадцать лет спустя»,
И привычно стряпаю  «Сельдь под шубой».
Спит, а я соскучилась не шутя.
Что это…
По шее скользнули губы,
И волна по телу  до слез в глазах.
Я в твоих  объятиях наконец-то.
Это счастье быть у тебя в руках,
Подставляя под поцелуи сердце.

© Copyright: Люсьена Рыжеволосая, 2009

С бесконечным трудом обретя,
Безвозвратно и глупо теряю.
Я наивно почти, как дитя,
Слишком близко ступаю по краю.
Крылья есть, но колени дрожат,
Засосало под ложечкой, Боже.
Я с удачей своей на ножах.
И никто мне сейчас не поможет.
Проще вниз, только тянет взлететь,
Что-то крылья шевелятся вяло.
Я сама себе клетка и сеть,
Не взлечу, потому что устала.
Тихо пячусь, трусиха и пусть.
Мне решительность просто не кстати.
Не шагну, потому, что боюсь,
Потому, что никто не подхватит.


       ***


И будет день прозрачнее стекла,
И будет жилка на виске беситься.
Любила и мечтала, не смогла
Писать крылом на небе словно птица.
И было все, казалось бы, дано,
Но выпустила робко, не умело.
И выпорхнуло бабочкой в окно,
И растворилось вдруг в тумане белом,
Что было бесконечно дорогим.
Остались только слезы и долги.


© Copyright: Люсьена Рыжеволосая, 2008

Связка ключей на ладони… брелок,
Нет, ни звонить, ни стучаться не надо,
Просто возьми… вдруг найдется предлог –
Ливень на улице… пик снегопада?
Да, в коридоре всегда полумрак,
Светится лампочка здесь в полнакала…
В общем-то, можешь придти просто так
Если соскучилась или устала.
Женщина? Вряд ли… я буду один –
Книги, стихи или звезды с балкона,
А может, поймаю на “Ретро…”Teach In ”
И не услышу, что ты уже дома…
Нет, я не сплю, это часто вот так
Я закрываюсь глазами от мира,
Просто как вечер - в душе кавардак,
И тишина,… и пустая квартира…
Форточку? Жарко? Ах, да… накурил;
Ты извини меня, больше не буду…
Встретить кого-нибудь, чтоб полюбил?
... может и встречу,… если забуду.
Ты же замерзла! И пальцы как лед!
Вот я растяпа… горячего чаю?
С сушками хочешь? И липовый мед?
Ну, скажем так... я немного скучаю…
Слушай, да я растерялся почти –
Не предложил тебе даже раздеться!
Как ты вошла? Я оставил ключи?
И подошли? … а ведь были от сердца…

© Copyright: Сказоч-Ник, 2006

Будешь болеть со мной?
Семь дней: молоко, малина,
отсутствие аспирина,
желание быть одной,
желание быть желанной,
растерянно - субфибрильной,
не думать, что это странно,
что мысли уже стерильны,
в них нет никого из "прошлых",
из пошлых воспоминаний.
Фантазии нестабильны и чёрт с ними,
мы на грани, и это недопустимо -
запреты колечком дыма
срываются с сигареты над кофе.
Я не умею варить его так, как надо.
Какой равнодушный профиль...
Замри, я сотру помаду.
Ну да, мы уже не дети,
ты сам за себя в ответе,
но это не повод, правда,
хранить на щеках трофеи,
чтоб после ворчать,
краснея, что это не чьё-то дело?
На улице словно мелом
побелены тротуары.
Вновь Карла крадут у Клары,
в порядке привычной кары -
я брежу тобой всё реже -
наверное, сбой программы,
какой-нибудь новый штамм
и мы снова больны.
Мы.
Снова.
И вертится это слово,
почти-что у губ,
но страшно его говорить одной.
Ты будешь болеть со мной?..

© Copyright: Неждана Юрьева, 2009