Обученный шёлк ниспадает до полу,
И ластятся лайки к божественным пальцам…
Она исполняет неслышное соло…

Но разве возможно нам, смертным, касаться
тех тайн, что хранили надменные очи,
уста откровений, что ярче кармина…

Откуда ты, дива? И чья же ты дочерь?..

Все домыслы, помыслы, промыслы – мимо.
Не мимо – лишь отсветы жажд нестерпимых,
пронзающих тонкими блёстками тело…

Не плачьте, несчастные, горем гонимы,
не падайте ниц, неревниво, несмело.
Она не подарит вам нежного взгляда.
Она не шагнет из Владений на глину.

Ах, слава Тому, Кто, невидимый, рядом
её охраняет – Живую Картину…

Гнетущий гранит невесом и прозрачен.
Все радости мира – грустней изумруда.
Я знаю, кто там, за подрамником, плачет
и слёзно творит леденящие груды…

Она же, не видя, не слыша, не внемля,
прохладно сплетает в миры и эпохи
кипящее небо, и вздорную землю,
наивные веры, и всхлипы, и вздохи…

Фалалеева Татьяна