мне нравиться быть женщиной - худеть,
носить каблук, пугаться насекомых... (с) ЯК


мне солоно быть девочкой, дрожать
от полувзглядов, полувздохов, полу
пальто кокетливо держать
и течь по лестницам, как будто бы по полу

паркетному для вальсов, в забытьи
клонить головку на плечо почти_соседу,
крошить печенье, грезить о любви,
о странных письмах, платьях и обедах...

мне выспренно быть мальчиком. молчать
когда ты плачешь, выдыхая горе в плечи,
звонить пореже, делано скучать,
когда рассказываешь ты о первой встрече

нашей... кутаться в пальто,
брутально руки упаковывать в карманы,
курить и пить... и точно знать: никто
так не заполнит все мои изъяны,

как ты.

© Copyright: Марта Яковлева, 2006

Простые избы деревень, окошки и завалинки.
На перекошенный плетень, старик повесил валенки.
Просушит валенки старик, потом оденет снова.
Он с ними сжился, к ним привык, сам крепкий и здоровый.
А как по снегу, да зимой, крестьянину в пургу?
Дойти сугробами домой, не утонув в снегу?
В селе без них ни как нельзя, колхознику в дорогу.
Носите валенки,- друзья, как дед,  - на босу ногу!

© А. Лихачёв, 2007

 Калязинская фабрика валенок является одной из ведущих в бывшем СССР, которая выпускает более 100 лет самую теплую, мягкую, уютную и полезную обувь - русские валенки.

Они не шьются и не прессуются. Для превращения клока шерсти в пару исконно русской обуви, нужно 5 дней упорной работы, 45 технологических переходов. Рабочие 20 специальностей трудятся над ее созданием, чтобы мы могли согреться в зимнюю стужу натуральными экологически чистыми шерстяными валенками.

Carla Bruni by Steven Meisel
1993


далее...

Lamborghini Madura.

Новый концепт назван в честь острова в Индонезии, знаменитого своими гонками быков. Именно так должны будут выглядеть первые автомобили с гибридным двигателем от компании Lamborghini. Выпуск первого образца планируется примерно на 2016 год, а приблизительная его цена - 250 000 евро.

Нехарактерные для Ламбоpгини черты автомобиля - его кабина сильно смещена к задней части, а колёсная база довольно коротка. Сделав такую базу производитель попытается улучшить манёвреность и управляемость авто. Свесы напротив - длинные, но визуально кажутся меньше за счет раздельных элементов и поверхностей. Рельефный капот, максимально зауженные фары, сложные линии корпуса придают машине действительно неповторимый облик.

 

 «Ждали мы Маслену, поджидали, и блина, и вина ей дали,
Думали: она - семь недель, а она - как один день.
Обманула - провела, деньги только растрясла,
Сыр да масло унесла, в закоулок завела,
А там великий пост - аж до лета мост!» 
 
Народная закличка

Ещё рано праздновать, но душа уже просит безумств.
Хочется пережить чистый четверг, прощёное воскресение, сжигание масленицы, игрища, и за сим успокоиться.
 
Ледяное безмолвие взрывается звоном колоколов, густым разноцветьем. Бывало, ещё и глаз не откроешь, а нос уже щекочет духмяный аромат свежевыпеченного мамой блина с топлёным маслом. Гости, гости, гости. Ты в гости, к тебе гости.  И веселится народ до потери головы, а может и совести…

Кириллов Владимир Николаевич «Масленица» 2007

Холин Дмитрий Аркадьевич «Проводы зимы» 2009

Швецова Анастасия «Масленица»

Единственная книга прозы знаменитого испанского режиссера. Эротические похождения безбашенной души богемного Мадрида! Попарт как норма жизни! Героиня этой книги Патти Дифуса называет себя сексуальным символом испанской богемы и выступает нашим гидом по самым злачным местам художественного Мадрида.

Патти Дифуса

Пролог

 Когда я думаю о будущем этой книги, я, естественно, представляю себе каталог печатных изданий, а представив себе каталог, задаюсь одним и тем же вопросом: в какой раздел попадет эта книга — художественной или нехудожественной прозы? Лично я классифицировать не берусь: «Патти Дифуса и другие тексты» можно отнести к обоим родам литературы. Теперь, когда прошло много времени и мы переместились в новое десятилетие, выясняется, что Патти олицетворяет — по крайней мере для меня — десятилетие прошедшее, восьмидесятые годы.

Для меня начало восьмидесятых навсегда останется годами бесстрашия, когда времени хватало на все. И не только потому, что мы были моложе и худее, — незнание помогало нам на любое дело бросаться с радостью. Мы не знали цены вещам и не думали о рынке. У нас не было памяти, так что мы подражали всему, что нам нравилось, и получали от этого удовольствие. Не существовало никакого понятия о солидарности — ни политической, ни общественной, ни возрастной, и чем больше мы занимались плагиатом, тем более самоценными становились. Притязания наши были огромны, однако неумение смотреть в будущее приводило к обратному эффекту. Наркотики показывали нам лишь свою яркую сторону, а секс являлся вопросом гигиены. Я вовсе не собираюсь обобщать, я говорю лишь о себе и еще о сотне людей, с которыми был знаком (на самом деле таких, как мы, было много больше). Для них и в их среде родилась и развивалась Патти Дифуса. Тогда, в начале восьмидесятых, наша жизнь была бесконечной «Фабрикой» Энди Уорхола. Когда я прочел биографию Эди Седжвик, то убедился, насколько точно определенные круги в Мадриде повторяли жизнь определенных кругов в НьюЙорке — с разницей в десять лет. Порочные крути, замкнутые крути — это само собой.

Эта десятилетняя фора превратила американцев в арбитров всей художественной и общественной жизни — мы в те годы весело ползли по темным канализационным трубам, и всетаки, если не считать денег и признания, у нас было много общего. Из людей, способных к действию, это понимали лишь единицы. Одной из самых значительных единиц был Фернандо Виханде, мир его праху. Воспользовавшись выставкой последних работ Уорхола (пистолеты, ножи, кресты), он свел вместе эти два мира, столь отдаленные и столь параллельные. Каждый день нас по новой представляли богу Уорхолу, но он никогда нас не узнавал (я употребляю множественное число, потому что мы всегда подходили к нему кучей). В Мадриде Энди полностью отдался своему аутизму, его деятельность ограничивалась приходом на места событий, и даже если он когонибудь фотографировал, то чисто машинально, и создавалось впечатление, что в камере нет пленки. Больше всего он интересовался маркизами, графинями и им подобными — вдруг ктонибудь закажет ему портрет, однако, помоему, никто на это не клюнул.

читать далее...

This is Erotic